Жизнь евреев в Бухенвальде

Жизнь евреев в Бухенвальде

Источник: 1 месяцев назад 4

В 1941 году была первая попытка оказать открытое сопротивление против убийств, совершаемых СС. Обершарфюрер Абрахам утопил в луже воды заключенного еврея Хамбера. Брат Хамбера, опрошенный в качестве свидетеля, сказал правду.

Вслед за этим вся команда была вызвана к воротам, однако никто другой не осмелился сказать, что он что- либо видел. Бригадиру было приказано составить поименный список бригады, в которую входило 28 человек. Когда тот сдавал список, обершарфюрер Петрик спросил его: «Самого себя вы записали?» «Нет!» «Тогда напишите внизу вашу фамилию!» После этого все были отосланы по своим блокам. Брат убитого сказал мне: «Я знаю, что я должен умереть за свои показания, но, может быть, эти преступники впредь будут себя несколько сдерживать, если им придется опасаться обвинения, и тогда моя смерть принесет пользу».

Около 9 часов вечера его снова вызвали к воротам, а приблизительно через полчаса, к нашему удивлению, он вернулся. Его допрашивал комендант лагеря Кох, адъютант, лагерфюреры, лагерный врач, раппортфюрер и т. д. Комендант сказал ему следующее: «Мы хотим узнать от вас всю правду. Я даю вам честное слово, что с вами ничего не случится». Тогда он еще раз повторил свои прежние показания. Около 11.30 вечера его снова вызвали из блока и посадили в карцер, и через 4 дня его нашли мертвым.

Следует сказать, что по крайней мере до 1942 года ни один заключенный еврей не выходил живым из карцера независимо от того, по какой причине он туда попал. 29 евреев, включенных в список этой рабочей команды, были отправлены один за другим в карцер, где каждый из них умирал на четвертый день.

Зимой 1941 года начались пресловутые эксперименты на станции по исследованию сыпного тифа. В качестве первых жертв были отобраны 10 заключенных евреев. В следующей группе находилось 50 заключенных евреев. Затем дальнейшему использованию евреев воспрепятствовали расовые предрассудки нацистов, так как сыворотку их крови нельзя было прививать арийцам.

Весной 1942 года приблизительно 400 заключенных евреев, объявленных лагерным врачом д-ром Ховеном нетрудоспособными, были отправлены с так называемым транспортом инвалидов, место назначения которого было замаскировано— это было учреждение по проведению опытов с ядовитым газом.

Более года спустя канцелярии заключенных было дано указание с этого времени считать отправленных с подобными транспортами в числе умерших. Товарищу Вайнгертнеру, тогдашнему капо больничного барака для заключенных, Ховен заявил: «Если хоть раз будет сказано иначе, Вайнгертнер, мы оба будем за это повешены». Он не знал, что его собеседник в действительности спас жизнь целому ряду товарищей путем подделки списков. Да и вообще наша главная задача состояла в том, чтобы вырывать наших товарищей из когтей эсэсовских палачей постольку, поскольку в тех случаях подобные вещи вообще были возможны.

Вышеупомянутый транспорт составляли таким образом, что в течение четырех дней каждое утро при поверке численности подъезжали три грузовых автомобиля и в каждый из них сажали по тридцать заключенных, имена которых зачитывали по списку. В последний день грузовик подъехал к больничному бараку, откуда были выведены в одном нижнем белье, без одеял предназначенные к отправке больные, которых побросали в кузов и увезли.

лагерь

17 октября 1942 года заключенные евреи были переведены из всех лагерей, острогов и тюрем в лагерь уничтожения Освенцим. В Бухенвальде осталось 200 евреев, которых не отправили, так как они были квалифицированными рабочими на строительстве военных предприятий.

Наше положение в лагере теперь на какое-то время несколько улучшилось. Во-первых, благодаря систематической борьбе нелегально организованных антифашистов большая часть заключенных стала невосприимчивой к чумной бацилле антисемитизма. Во-вторых, СС считала, что мы потребуемся »еще в качестве квалифицированных рабочих, и поэтому умерила преследования.

Летом 1943 года мы очутились перед лицом нового кризиса. Шарфюреры Шмидт и Гройель, арбайтсдинстфюрер Симон, раппортфюрер Гофшульте вкупе с лагерфюрером Густом, лагерным врачом Ховеном и санитарным врачом Вильгельмом начали новую акцию уничтожения. Первые два без разбора докладывали о необходимости наказать целый ряд заключенных евреев за мнимую леность. Симон и Гофшульте распоряжались о порке или проводили ее сами.

Густ препровождал жертвы в карцер и на следующий день передавал их в больничный барак, где остальное довершал шприц с ядом. Благодаря самоотверженной работе наших товарищей в больничном бараке удалось спасти несколько жертв и в конце концов приостановить акцию. Известную роль здесь, как зачастую и вообще, играл подкуп имевших к этому отношение эсэсовских бандитов. Однако 15 товарищей, в том числе чешский антифашист Макс Галландауэр, были убиты.

Напряженность тогдашнего кризиса впервые поставила перед нами вопрос о вооруженном сопротивлении, причем мы, опытные антифашисты, понимали, что попытка всеобщего восстания была бы безнадежной и поэтому подействовала бы лишь как провокация. Мы, как уполномоченные от группы евреев, были, однако, преисполнены решимости, что, если наша попытка остановить эти бесконечные убийства обычным в лагере путем потерпит неудачу, лучше погибнуть в безнадежной борьбе, чем безропотно позволить зарезать нас одного за другим, как баранов. Тогда-то впервые стали ясны результаты нашей предшествовавшей работы. Большая часть бухенвальдских заключенных евреев пошла бы вместе с нами по этому пути.

С этим периодом совпало постоянное лишение пищи евреев якобы в качестве меры наказания. Сэкономленное при этом продовольствие раздавалось в виде добавок целому ряду команд. Солидарность лагеря и здесь проявилась в том, что целый ряд команд решил отдавать нам эту еду, хотя они при этом рисковали подвергнуться наказанию. В этой связи в первую очередь следует упомянуть склады, внутри лагерную охрану и пожарную команду. Само собой разумеется, что все эти события должны были оставаться в строгой тайне и поэтому не были известны большинству узников концлагеря Бухенвальд. 

В 1944 году ситуация изменилась в результате прибытия массовых транспортов заключенных евреев с Востока. После окончательного порабощения Венгрии транспортами численностью от 1000 до 1500 человек прибыли венгерские заключенные евреи, отобранные в Освенциме в качестве работоспособных. Кроме того, по мере продвижения Красной Армии в Бухенвальд прибывало все больше и больше эвакуационных транспортов из лагерей в Польше. Возможности разместить их было практически так же мало, как и возможности разместить тысячи и тысячи заключенных нееврейского происхождения, которые доставлялись сюда таким же образом. Лагерфюрер стоял на той точке зрения, что, пока ворота можно закрыть, лагерь не переполнен.

Благодаря неустанной, самоотверженной работе руководства из числа заключенных, в первую очередь товарища Ганса Эйдена, удалось организовать временное жилье сперва в палатках, а затем во временных бараках для прибывавших транспортов. Прибывшие массовые транспорты были целиком предназначены для переотправки во внешние команды, в которых из-за ужасных условий труда они были обречены на медленное умирание, тем более что их состав был разнородным и они, естественно, не имели руководства, которое могло бы предотвратить самое страшное.

В первую очередь благодаря товарищам из отдела учета рабочей силы нам удавалось вырвать из рук палачей не только людей, нужных для активной борьбы, но и спасти сотни детей и молодежи, которые иначе были бы обречены на верную смерть. Товарищам из венгерского и польского секторов, которые наряду с давно сидевшими в лагере заключенными добровольно шли работать в качестве дневальных в так называемый палаточный лагерь, мы прежде всего обязаны тем, что получили возможность тщательно проверять транспорты за короткое время, имевшееся в нашем распоряжении (иногда транспорт из 1000-1500 человек находился в лагере всего три-четыре дня).

Благодаря этому нам удавалось избавить эти транспорты от наиболее опасных нацистских шпионов, а иногда даже создать у них собственное руководство. Приятным исключением, которое нас прямо преисполнило гордостью, был эвакуационный транспорт из лагеря Освенцим-Моновиц. Здесь имелось единое, проверенное антифашистское руководство заключенных — это были наши бухенвальдские товарищи, которые два с половиной года назад были посланы туда. Один из наших лучших товарищей, австрийский антифашист Эрих Эйслер, был, однако, убит в карцере Освенцима.

Сообщение Жизнь евреев в Бухенвальде появились сначала на Исторический документ.

ПРОДОЛЖИТЬ ЧТЕНИЕ